Цирк зажигает, вдохновляет, распиливает

Перед представлением обычно говорят; "Цирк зажигает огни". Каким образом? С помощью видимой части циркового айсберга, которая состоит из самих номеров. И невидимой части поддержки, куда входят десятки инженеров, механиков, бутафоров, костюмеров, ассистентов, удивительных механизмов и приспособлений...

НЕМНОГО ИСТОРИИ

Цирку на Цветном бульваре исполнилось 120 лет.

Первый рубль, вырученный за первый билет открывшегося в 1880 году Московского цирка на Цветном бульваре, руководство вставило в рамку и повесило в кассе. А было тогда здание невелико по объему, размещалось в нем всего пять рядов, ложи, бельэтаж, вторые места с деревянными ненумерованными лавками и стоячая галерка. Но уже тогда по коммерческой отдаче стало ясно - цирк москвичам нужен. За него заплатят при любой экономической формации. А потому старый цирк не раз менял свой облик, перестраивался. Был и деревянным, и каменным. Теперь вот каркас здания состоит из бетонных и стальных конструкций. Купол же изготовлен из меди, которая приобрела со временем под влиянием дождей и снега патинированный, зеленоватый цвет.

Раньше высота была 18 метров, а теперь - 23. Почему подросли? Зритель должен смотреть номер, задрав голову когда дух захватывает. Расширилось после перестройки и пространство. Но так, свою уютность цирк не потерял. Ведь цирковое пространство - особое. Каждый номер сопряжен с пространством. У каждого выступления есть композиция, сюжет, кульминация, финал. Поэтому зритель хочет видеть не только фигуру, но и лицо артиста. И размер зала играет важную роль. В слишком больших залах контакт зрителя и артиста теряется.

КОВЧЕГ №13

На первый взгляд, мир циркового закулисья выглядит обычно и буднично. Но на самом деле будничность очень необычная. Это ощущаешь даже в особом запахе воздуха, когда заходишь со стороны служебного входа. С первых шагов в нем чувствуется присутствие животных. Они здесь и живут, и работают, и рождаются, и умирают. Совсем недавно шимпанзе от инфаркта умер. А перед этим у морских котиков родился детеныш. Это нам рабочие рассказывают, пока мы идем с ними по коридору. А за дверями слышатся арии и симфонии звериных голосов. Стоит приоткрыть дверь, к нам тянутся поздороваться лапы медведей и обезьян, морды лошадей и верблюдов, хоботы слонов. Полное впечатление ковчега №13. Через пять минут отплываем. Почему 13?

"Число 13 для нас счастливое", - шутят работники цирка. Адрес старого здания на Цветном бульваре, 13. Троллейбус, который подвезет к нему, имеет маршрут №13. Диаметр манежа - тоже 13 метров. Он неизменен везде, во всех странах. Связано это число с наклоном лошадей, когда они скачут по кругу арены. Именно при таком наклоне удобнее всего работать при вольтижировке.

А вот запахло чем-то вкусным. Да это же кухня. Здесь как раз готовят завтрак для животных. Кухня оборудована по последнему слову техники - электроплиты, холодильники, овощерезки, миксеры... В меню овощи, фрукты, каши, мясо. Каждому четвероногому артисту согласно его предпочтению и вкусу.

Ветеринарный комплекс готовится к операции. Одной из собак предстоит расстаться со своим хвостом. Увы, для некоторых пород купирование этого виляющего органа необходимо. Впрочем, здесь оперируют под наркозом, так что пациент особенно страдать не будет. Вчера была, на что уж, сложная операция - удаляли козе больной зуб, и то все обошлось благополучно.

В пошивочной мастерской стрекочет швейная машинка. Кто-то из "меньших братьев" выступал на вчерашнем представлении слишком темпераментно, разорвал костюм - надо ремонтировать.

А это что за звуки водопада? Заглядываем - и видим огромный душ. А под ним блаженствует слон. В жару после выступления так приятно освежиться.

Кстати, размерная единица "один слон" оказалась довольно распространенной для цирковых помещений. Например, лифт тоже рассчитан на слона и поднимает вес до пяти тонн.

МАШИННЫЙ ОТСЕК

Под манежем, куда мы спустились, раскинулся целый мир различных механизмов.

Водопроводные, вентиляционные, дымовые трубы, моторы малых и больших мощностей, кондиционеры и вентиляторы, электротехнические шкафы. Запутаться здесь, наверное, пара пустяков. Оказывается, нет. Дежурный инженер поясняет:

Культура монтажа здесь такая, что любая неисправность, перегоревший блок, например, сам себя высвечивает. Так что работать удобно. Все помещение покрыто системой датчиков и термореле. На улице холодно - у нас тепло. На улице жарко - у нас прохладно. Следит автоматика.

А вот и техническая гордость цирка на Цветном бульваре - трансформирующаяся лестница. Пол рядом с нами плавно приходит в движение. Мы поднимаемся вверх. Потом прямоугольник площадки делится на три сектора-ступени. Получается, что когда нужно, лестница-трансформер лежит под манежем, когда в ней появляется необходимость, она вырастает, словно из-под земли. Пластика лестницы необычна. На ее пульте управления есть кнопка со стрелкой вверх. Стоит нажать и одна из трех ступеней начинает вытягиваться на глазах. Другая кнопка управляет наклоном ступени. Фактически готовый цирковой номер. Соло лестницы. Впрочем, нет. Нельзя не сказать еще и о манежном барьере, который может подниматься до 60 см. И опускаться вниз, словно его и не было. А еще барьер может принимать заданный рисунок узора по секциям. Это тоже помогает артистам в создании номера или эффектного трюка. Из ложи светотехников арена видна как на ладони. На ладони и умещается дискета с записью световой партитуры номеров. Если номера меняются местами, мало ли поправок вносит жизнь, переходят от автоматического режима в полуавтоматический, а то и в ручной. Тогда осветители управляют прожекторами с цветными фильтрами и лазерными светоустановками. Среди технического арсенала есть и дымовые агрегаты. Дым тоже становится участником спектакля. Подсвеченный различными светофильтрами он становится похож на оживший мистический туман. Да не молчаливый, а со своим волшебным голосом.

Чтобы его озвучить, по соседству с ложей светотехники находится ложа звукооператоров. Здесь легко меняют голос артистов. Хотите у клоунов сделать голос, как у Буратино, хотите, как у Карабаса... Можно и реверберацию добавить - голос будет, как из бочки.

"СОЛЕНЫЙ ПОТ - НЕ ДЛЯ ГОСПОД", ИЛИ КАК АРЕНА ЛЕЧИТ

В репетиционном зале идет обычная отработка номера. Акробаты легко и красиво взлетают в воздух и делают двойные и тройные сальто. Они уже устали. Кто-то вытирает со лба капли пота. Но даже тогда лица - сосредоточенные и счастливые.

Мастерство требует постоянной тренировки, и поэтому, когда нет возможности репетировать, человек цирка чувствует себя не в своей тарелке. Для него - это драма. Хорошо, если короткая.

Во время репетиции старшая помощница инспектора манежа Элеонора Твеленева, сама в прошлом известная цирковая артистка, обращает наше внимание на забинтованную ногу одного из акробатов. Оказывается, два месяца назад он неудачно приземлился и разорвал ахиллесово сухожилие. Чуть стало полегче, и он через месяц - опять на манеже.

А знаете, почему? - спрашивает она у нас и, не дожидаясь, отвечает: - Потому что арена лечит. Попробуй, отними у нас эту изнурительную работу - завянут, закиснут и загрустят навеки. Лучше не пробовать. Пусть и дальше так же работают до седьмого пота и ...светятся.

В самом деле, когда какой-то элемент получался, лица артистов озарялись особым счастливым светом. Потом они свет своей души предадут зрителям. Но почувствовать в себе Божью искру, разжечь пламя, хранить и передавать этот огонь непросто.

НЕОЖИДАННЕЙ, СМЕШНЕЙ, МНОГОГРАННЕЙ

На представлении с вручением национальной премии за достижения в области циркового искусства за 2001 год все явственнее прослеживались любопытные тенденции. Например, соединение, казалось бы несоединимого, то есть сведение вместе неожиданных сфер и разнородных сочетаний. Представьте себе боксерский ринг, где вместо твердого пола, мягкий пружинящий батут. Боксеры, конечно, в клоунских нарядах смешно взлетают в воздух, словно в мультипликационном фильме. Невероятное ощущение новизны зрелища возникает от сочетания бокса, акробатики, упругости батута и клоунады. Цирк привык нас удивлять. Но теперь он все больше стремится посмотреть на привычные вещи через непривычную призму. Кто увидит хоть раз "батутный" бокс, нет-нет да и посмотрит на этот вид спорта через этот номер. Эдгар и Аскольд Запашные - цирковые артисты в шестом поколении. Отец, Вальтер Запашный, передал им дар дрессуры хищников. И они создали удивительный тигриный спектакль, где огромные дикие кошки ведут себя как добрые, умные и свободные люди. Но самим братьям этого показалось мало. И они освоили еще пару уникальных цирковых профессий - жонглеров на лошадях и парных жонглеров. Многогранность переливается через край. Про музыканта, умеющего играть на разных инструментах, говорят: человек -оркестр. А эти могут давать полное цирковое представление. Под названием "Братья - цирк". При этом мастерство Запашных сочетается с высокой патриотической нотой, присутствующей в их выступлении. Так, один из своих номером они заканчивают неожиданным разворотом огромного российского замени, древко которого один из братьев держит в руках, стоя на крупе лошади, летящей во весь опор по кругу арены. Таких художественных метафор цирка не так много. Генеральный директор большого цирка на проспекте Вернадского и председатель государственной цирковой компании России Леонид Костюк заметил, что из 300 номинантов на цирковую премию победителями стали лишь 12 номеров.

ЦИРК РАСПИЛИВАЕТ И ОТРЕЗАЕТ

Историю Альбины Зотовой рассказала нам пресс-секретарь цирка Елена Ольшанская, хорошо знающая судьбы многих цирковых артистов.

Когда Альбине было тринадцать лет, в иллюзионном аттракционе ее мамы, знаменитой цирковой артистки, вдруг сразу выбыли из строя пять исполнительниц. Четыре ушли в декретный отпуск, а пятая сломала ногу. За один час во дворе дома мама с дочкой отрепетировали номер, и в тот же вечер девочка стала артисткой. Впрочем, для ребенка из цирковой династии такой прыжок - обычное дело.

В тот вечер ее "распилили" пополам. Ей было не страшно! Все трюки выверены, и никаких случайностей практически не бывает. Разве что иногда нож чуть заденет, и от тебя немножко отрежут... Но совсем чуть-чуть, шутит Альбина.

Тот стиль, который она нашла для себя сегодня, журналисты называют криминально-сексуально-экстравагантным. Костюм из кожи, наручники, цепи, ножи, ящики-клетки... Вроде что-то из области садо-мазо. Но при этом никакой пошлости. Все удерживается на грани достойной подачи себя и своих выступлений. Альбина внимательно следит за тем, как двигается и держится, как реагируют зрители. Главная реакция - от детей. Потому что и взрослые, пришедшие в цирк, становятся невольно детьми. Больше всего Альбину задевает, когда ей говорят, что она неплохо бы смотрелась в ночном клубе.

"Однажды из Японии, - рассказывала она, - вернулась группа наших артистов, которые работали там в ночных клубах при отелях. И на них лежала печать какой-то неуловимой вульгарности. Это трудно объяснить, но в том, как они говорили, двигались, какие позы принимали... был распад. Веяло тем, что они несли свое искусство в пьяные массы, или, вернее, эти пьяные массы поработили, заставили их делать то, что им надо".

Еще одна больная тема. Средний заработок сотрудников цирка на Цветном бульваре, стыдно сказать, - 1500 рублей в месяц. Для Москвы это меньше прожиточного минимума. Но стоит поехать за рубеж - там за одно выступление можно получить 150-200 долларов. Вот и утекают наши лучшие исполнители в длительные гастрольные командировки.

А трудоспособность у цирковых артистов ни в какое сравнение не идет со всеми другими. Если у иного артиста (театрального, оперного, эстрадного) за всю жизнь наберется 200 - 300 спектаклей, то это уже хорошо. Циркачи дают по 40-60 выступлений в месяц. Недаром у них на пенсию выходят после 15 лет отработки. Здесь год идет за три. Да и риска здесь больше, чем где-либо в искусстве.

"ПОСМОТРИТЕ, ВОТ ОН БЕЗ СТРАХОВКИ ИДЕТ"

Есть такой трюк, называется "капля". Когда ты, как капля воды, падаешь вниз, рассказывает Владимир Гарамов, воздушный гимнаст и руководитель номера, один из лучших артистов цирка в воздушном жанре. "Я двадцать пять лет работал в полете. Сначала десять лет привыкал к высоте, потом лет пять работал нормально, а в последующие десять лет с каждым годом становилось все сложнее и сложнее. Начал отвыкать, и опять страшно.

Да что там "капля"! Иногда стоишь перед трюком на мостике, вот сейчас к тебе подлетит трапеция, надо за нее схватиться - и вперед, на трюк, а страх просто животный. В буквальном смысле - в животе. Ну, еще в висках стучит, и голова словно гудит вся. А стоять надо красиво и улыбаться, потому что зрители все видят. Ну и бросаешься вниз, в омут манежа. Я даже боюсь, когда у меня вдруг не возникает этого напряжения. Иногда бывает, что чувствуешь себя вроде бы спокойно и, как правило, трюк не получается, падаешь на сетку. Пока лезешь с сетки наверх, заводишь себя: "Ну, давай, давай!". Второй раз встал, чувствуешь, пошел мандраж -значит, будет нормально".

"ТО ВЗЛЕТ, ТО ПОСАДКА"

Падать приходилось. На гастролях в Англии плохо закрепили кордевалан, рассказывает Светлана Мурзак, одна из лучших воздушных гимнасток цирка. И я упала вместе с веревками. Правда, удачно. Отделалась большим синяком и растяжением ноги. Две недели полечилась - и снова наверх. Было страшно, но себе сказала: надо!

На последних гастролях в Англии Светлану занесли в книгу рекордов Гиннеса за максимальное количество переворотов (круток) в минуту. Светлана сделала их семьдесят, побив бывший до этого рекорд в шестьдесят две.

Приехали из Би-би-си, снимали на пленку, считали количество переворотов. Три раза пришлось делать! Все руки стерла в кровь. Но с самого начала сказала себе: "Как это я не смогу побить рекорд? Смогу!".

Опытные гимнасты считают, что нормальный человек должен бояться высоты. Находиться в воздухе без опоры, а попросту, летать - состояние для человека неестественное. (Да простят нас романтики!) Поэтому, выбрав работу в воздухе, приходится расставаться с иллюзиями о захватывающей прелести полета. Воздушный жанр -это своего рода вызов судьбе, и чтобы судьба была благосклонной, с высотой всегда нужно оставаться "на Вы".

ЛЮБИМАЯ РУТИНА

Был в цирке один артист, акробат на подкидных досках, рассказывал один из старых униформистов, так его хлебом не корми -дай четверное сальто сделать. Подошел срок, он вышел на пенсию, чувствует, не хватает адреналина. Освоил параплан. На Кавказ ездил, летал в горах, у нас в Крылатском. Ему все говорили - хватит, остановись, не искушай судьбу! Уже акробатом напрыгался, сколько себя ломал! А он, нет. Скучно, говорит, без полета. И однажды, в Крылатском это было, снова полетел, хотя по погоде запрещено было - ветер порывистый. В общем, парашют сложился, он камнем вниз, сам рассказывал потом: "Лечу и уже прикидываю, какую ногу или руку сломаю, сколько лечиться придется". Но парашют внизу возьми да и раскройся. А рядом каменная стена, ну, он в стену! В результате - перелом шестого позвонка, несколько лет практически без движения лежит. Слава Богу, жена хорошая, не бросила, нянчится с ним до сих пор. Так что циркач - не профессия, а судьба. Надышавшись воздухом цирка, человек постоянно тянется в то особое состояние, которое испытывал на арене.

Самое странное, что люди цирка постоянно нас убеждали: "Жизнь у нас - самая обычная. Никакой романтики - одна изнуриловка каждодневных репетиций да напряженка выступлений. В общем, ужасная рутина, хотя и ЛЮБИМАЯ". Но, может, потому зритель и уходит окрыленным и просветленным от выступлений этих удивительных жонглеров, акробатов, фокусников, клоунов, дрессировщиков, воздушных гимнастов... Поэтому цирк зажигает огни, распиливает, отрезает, переворачивает, поднимает... Одним словом, вдохновляет.

"РАКЕТНО-ОГНЕННЫЙ РЫЦАРЬ" И ДРУГОЕ ЗА ГРАНЬЮ ВОЗМОЖНОГО

И все же рассказ о цирке был бы неполным без исторического мини-экскурса. Истории, легенды и традиции цирка тоже входят в невидимую часть циркового айсберга. Археологи нашли древнегреческие вазы, на стенках которых нарисованы явные фрагменты цирковых выступлений. Акробаты исполняют стойку на рогах мчащихся быков, делают кульбиты через острые мечи, воткнутые рукоятками в землю. Цирковые корни явно берут свое начало из экстремальных ситуаций. Вот воин, чтобы оглядеть окрестности, взбирается на шест, который держит его товарищ за поясом. При сборе фруктов сборщики удерживают равновесие на свободностоящих лестницах и даже переходят на них от одного дерева к другому.

Особая ценность цирка в его подлинности. В нем нельзя притвориться сильным, ловким, смешным, изобретательным. Им надо быть. О таких людях слагают легенды.

В позапрошлом веке на московских и петербургских потехах выступал канатоходец Федор Молодцов. Начинал свой номер Молодцов с национального образа. Выходил к публике в русском кафтане, с большой окладистой бородой. Уже на канате сбрасывал кафтан, оставался в легком костюме. Чего только он не умел! В его цирковой "обойме" профессий были гимнастика, акробатика, жонгляж. Но любимый "конек" - канат. Ходил он по нему на ходулях, катался на коньках, переносил на голове кипящий самовар с чашками. Танцевал лезгинку, мазурку, "казачок"... А коронный номер назывался "Огненный рыцарь". Исполнялся он действительно в рыцарских доспехах, на которых были размещены десятки пиротехнических ракет.

И вот идет по темнеющему небу такой рыцарь (Молодцов подгадывал выступление ближе к темноте) и фонтанирует ракетами во все стороны. Ракеты он устанавливал даже на концы балансиров. И каждый взрыв нарушал равновесие. Сложность номера была запредельной. И тем не менее, русский канатоходец совершал ракетно-огненные переходы через Неву, Темзу, водопады Финляндии и Норвегии...

Долгое время народные бродячие артисты выступали под открытым небом. Толпа на рыночной площади раздавалась, образуя круг (циркус - по латыни). И на этом пространстве фокусники, клоуны, дрессировщики показывали свои номера. Диаметр манежа во всем мире 13 м. Этот стандарт отшлифован веками. Находясь в центре такого круга, дрессировщику наиболее удобно с помощью шамбарьера (хлыста) управлять лошадьми, а наезднику, стоящему на крупе лошади, удерживать равновесие, вскакивать и соскакивать, выполняя трюки.

Позже над манежем появился пролог из брезента. Так стало комфортней выступать под дождем. Переездной цирк - шапито - сохранился и до наших дней.

В закрытых помещениях резко подскочили возможности использования технических достижений. Пришла сложная аппаратура, основанная на математических расчетах, законах физики, механики, химии и других науках. Появились новые материалы и конструкции. А значит, и новые номера.

Создатель первого технического аттракциона - бельгийский механик, конструктор и профессиональный гонщик Шарль Нуазетт - сконструировал огромную корзину из деревянных реек, без дна, по внутренним стенкам которой на большой скорости мчались велосипедисты. К числу таких сенсаций относится номер "Человек-снаряд", появившийся в конце XIX века. Исполнителя помещали в жерло пушки и после выстрела выбрасывали в сетку. Кто видел фильм "Цирк", сразу представит, как это происходило.

Правда, не всегда демонстрация этих чудес достигала уровня искусства. Иногда техника заслоняла собой художественность выступления. Но когда чувство меры и вкуса соблюдалось, зрители ладоней не жалели.

Вот так и плывет через века этот огромный загадочный цирковой айсберг, который состоит из артистов, механиков, бутафоров, костюмеров, ассистентов, удивительных механизмов и приспособлений, четвероногих партнеров, легенд и традиций... Такое причудливое сочетание неожиданного, смешного, грустного, изобретательного... Одним словом, циркового, выступающего в кругу и одновременно за гранью возможного.

Борис Примочкин, Фото Александра Лыскина, "Моя Москва", сентябрь 2001